Снежный король [= Кровавая свадьба ] - Лариса Соболева

– Передам, он будет доволен. А насчет Ступина...

– Папа, ты вдолби ему, что Леня не оставил надежду прижать его. Герман только повод. Посмотри, как Леня закрутил: Германа обвинили в убийстве, Светка купила брату свободу, а подоплека в чем? К деньгам Феликса подбирается Ступин.

– Да, это серьезно. Мне казалось, ты не жалуешь ни Феликса, ни тем более Германа.

– Папа, к Феликсу я отношусь нормально, мне не нравятся его руки загребущие. А Герман... ну, это уже слишком! Так и я, и ты можем залететь к Ступину. Его пора на место поставить. Только прошу тебя, обстоятельно обрисуй положение и не выпускай Феликса из кабинета, пока не добьешься результата.

В день свадьбы вечером Андрей подмигнул отцу, мол, пора. Тот проговорил с Феликсом почти до начала фейерверка, на который всех пригласил Андрей. Расчет был прост: Феликс тугодум, ему необходимо переваривать информацию, взвесить все за и против. Он и остался один. Поскольку слухи ходили, что покажут нечто особенное, все гости ринулись на улицу, включая официантов с поварами и телохранителей. Но кто же знал, чем обернется их беспечность? Два туалета перекрывали тяжелые шторы, там-то и передала пистолет Марату Белла, сама побежала на улицу – как раз раздались первые залпы. Держа пистолет за полой пиджака, Марат вышел из укрытия. Последние гости спешили на фейерверк, все были пьяны, Марата не замечали. Снаружи стояли визг, гомон, стреляли пробками от шампанского. Марат открыл дверь и спросил:

– Можно? – и вошел.

Феликс стоял спиной к нему, опираясь руками о стол. Марат вынул пистолет, вдруг екнуло сердце: остановись. И он хотел спрятать пистолет, но Феликс повернулся:

– Чего тебе?

Его глаза сразу попали на пистолет. В них промелькнуло удивление, затем подозрение, Феликс шагнул ему навстречу... Тут-то Марат понял, что назад пути нет. Молниеносно рука взметнулась вверх, палец нажал на курок. Не пришлось стрелять дважды. Пуля попала точно в лоб, Феликс рухнул. Марата покрыл пот, будто его окунули в воду.

Неожиданно ухо уловило шорох. Марат повернул голову к окну, а там Егор повис, держась за подоконник. Механически рука направила ствол на парня. Секунда – глаза в глаза, секунда – и Марат едва не упал замертво, потому что за кисть с пистолетом кто-то схватился:

– Не смей! Ты что, паскуда, натворил?!!

Это был Леонид Гаврилович. Его разбудили залпы фейерверка, он открыл глаза и увидел сына, который входил в кабинет. Мучаясь от изжоги, с тяжелой головой, он с большим трудом встал на ноги, решил присоединиться к сыну и родственнику. Вошел и протрезвел за считаные секунды, увидев убитого Феликса, а сына с пистолетом, который он нацелил на окно. Марат был бледный, с синими губами, казалось, не соображал, кто перед ним, однако выдавил:

– Ты помешал... Теперь есть свидетель.

– Дай сюда! – Папа вырвал пистолет. – Убирайся! На улицу, сволочь!

Марат едва переставлял ноги, отец вытолкал его из кабинета, но сын поплелся в туалет. Леонид Гаврилович, озираясь по сторонам, вытер ручки двери галстуком, который до этого покоился в кармане, сунул пистолет за пояс сзади, глушитель в карман пиджака. Одновременно оценил обстановку: кругом пусто, значит, есть надежда. Мимо быстро прошел Марат, затерялся среди восторженно визжащей толпы. Леонид Гаврилович вышел за ним на площадку перед рестораном, он был потрясен поступком сына, чувствовал, как кровь пульсирует в висках: лишь бы никто не видел Марата. А пацан в окне? Эта мысль чуть не убила его, но Ступин не сорвался с места, продолжил стоять у всех на виду до самого обнаружения трупа. Когда нашли Феликса, у него уже был готов план: парня надо хотя бы изолировать. Весьма кстати выяснилось, что на свадьбе были посторонние – друг Светки, был и конфликт у него с Феликсом. Сняли отпечатки с подоконников, на одном нашли четкие, которые, как оказалось впоследствии, принадлежали Егору. Подозреваемого взяли дома. Он все отрицал, тем не менее на Марата не указал, видимо, парень был напуган и решил молчать, возможно, хотел выдать имя убийцы на суде.

Феликса похоронили, когда сытые поминальщики расходились, Андрей тайком увлек Беллу в сторону:

– Я отвезу мать, она неважно себя чувствует, а к тебе есть просьба. В сумерках последи за Германом. Напротив дома растет тополь, оттуда отлично видна его комната. Бинокль я бросил к тебе в машину. Да, оденься попроще.

Он жаждал знать, насколько Герман повержен. Что он без отца? Жалкий ноль, которому осталось надавить на горькую и подохнуть под забором. Но Белла принесла неутешительные новости: Герман и Рита занимались сексом. Пил? Не так чтобы очень, был нервозен, много говорил неизвестно о чем – с дерева не услышишь, далековато. Андрей сказал:

– Берись за него всерьез. Риту отвлеку я.

– Не очень-то она тебя жалует, – съехидничала Белла, мучаясь от ревности. – Кстати, я должна предупредить, она в постели ледышка.

– Вот и покажи Герману, что такое заоблачный секс.

– Феликса нет, что тебе еще нужно?

– Все. И мы об этом говорили, не заставляй меня по сто раз повторять. Если Герман очухается, станет на место Феликса, он будет похуже папаши, ясно? Преследуй его днем и ночью, делай, что хочешь, но прицепись к нему.

Беллу одолевали сомнения, а не поступит ли Андрей с ней так же цинично? Но любовь на разум не опирается, на сомнения тем более.

Леонид Гаврилович не остыл за пару дней и, когда удалось остаться с сыном наедине, устроил допрос с пристрастием – врезал два раза по роже:

– Ты понимаешь, что натворил? Зачем?! Я враждовал с Феликсом, об этом весь город знает. Как ты мог так подставить меня? Родной сын! По уму, первым подозреваемым должен стать я. Я находился у кабинета.

– Брось отец. – Марат не обиделся на рукоприкладство. – Ты же мечтал убрать Феликса, просто духу не хватало. Я сделал это за тебя. Теперь у меня есть Светка и половина бабок Феликса. Недурно, а?

– И свидетель, – охладил папа сына. – Который видел, как ты стрелял. А я покрыл тебя. Если Герман доведет дело до областной прокуратуры... И когда услышит на суде наши имена...

– Не ори! Давай вместе подумаем, как не довести дело до суда.

Марат намеренно отправился со Светой на свидание с Егором. Он не мог допустить, чтобы тот сказал ей, кто убил отца. Вторая причина – Марат явился напоминанием Егору: лучше, парень, молчи в кулак, ничего со мной ты не сделаешь. Там же он убедился, что Егор затаился, возможно, на суде выдаст его. К тому же Егор сказал о Мите и его друге. Зачем? Ответ напрашивался сам собой: парень намекнул, что не он один знает, кто убил, Марату не отвертеться. Теперь не понадобился чужой ум, Марат вынес свой приговор:

– Егора надо убрать. Если Митя в курсе, то следует убрать и его.

– Ты посмотри, как тебя разобрало! – взбесился отец. – Убрать! Кино насмотрелся? Ты хоть представляешь, сколько людей будет вовлечено в твое «убрать»? Тайна – это когда знает один. Один! А не гвардия! Прежде чем идти на такое, ты должен был сто раз подумать.